Коррупция в мсэ

Как реформировать систему господдержки инвалидов

Коррупция в мсэ

В России 12,1 млн человек имеют инвалидность. Это 8% населения страны. Как государство может сделать их жизнь лучше, обсудили эксперты Комитета гражданских инициатив (КГИ).

Левада-центр 23 апреля 2019 года провел опрос 1 625 жителей России и выяснил, что каждую пятую семью в нашей стране касается проблема инвалидности. Взрослый человек с инвалидностью есть в 13% семей, ребенок – в 3%, сами имеют инвалидность 8% опрошенных.

В 2012 году Россия ратифицировала конвенцию ООН о правах инвалидов. Но в стране до сих пор нет ни одного ни национального, ни федерального проекта, посвященного помощи людям с инвалидностью. Эксперты КГИ считают, что система медико-социальной экспертизы (МСЭ) и реабилитации инвалидов в стране нуждается в реформировании.  

Устанавливать инвалидность должен Минздрав

В МСЭ не хватает квалифицированных кадров. Экспертиза работает формально и только усложняет людям процедуру получения инвалидности.

“Как правило, там сидят два-три врача с лечебным образованием и только один имеет специализацию в сфере МСЭ и может работать именно с этой категорией людей.

Сейчас МСЭ фактически переписывает то, что указала врачебная комиссия учреждения здравоохранения, куда в первую очередь обращается человек, когда хочет получить инвалидность, — говорит Евгений Гонтмахер, член Комитета гражданских инициатив, член правления Института современного развития и член экспертной группы “Европейский диалог”.

Гонтмахер считает, что функцию медико-социальной экспертизы нужно передать системе здравоохранения. Так будет удобно для людей, которых касается эта проблема. “Я хотел бы обратить внимание, что президент в своем послании дал поручение сделать базу данных по медико-социальной экспертизе в рамках системы здравоохранения”, — сказал он.

Виталий Аньков / РИА Новости

В Минздраве нет специалистов, которые бы разрабатывали программы социальной и профессиональной реабилитации, — заметил руководитель отдела трудоустройства региональной общественной организации людей с инвалидностью «Перспектива» Михаил Новиков.

“Ведомство должно только устанавливать факт инвалидности, затем отправлять человека в органы и службы, где реально занимаются этой проблематикой. Там ему разработают те рекомендации, которые на самом деле помогут”, — считает Новиков.

Гонтмахер также предложил заниматься профессиональным образованием в области медико-социальной экспертизы и реабилитации. “В составе национального проекта “Здравоохранение” возможно непрерывное профессиональное образование. И там как раз должен быть федеральный проект, который посвящен инвалидности начиная от профилактики и организации реабилитации инвалидов”, — сказал он.

Новиков считает, что смысла тратить деньги на обучение кадров нет, так как проблема в другом.

“В МСЭ не работает молодежь, потому что в поликлинике зарплаты в разы выше. Там работают бабушки, которые печатают одним пальцем. Чему их учить? Из года в год заложены миллионы на обучение и переобучение этих сотрудников. Куда тратятся эти средства — не понятно», — сказал он.

Алексей Мальгавко / РИА Новости

Другая общеизвестная проблема — коррупция в системе МСЭ. Каждый год выдаются “липовые” свидетельства. Это связано с тем, что статус инвалида предполагает льготы по оплате ЖКХ, получение лекарств и т.д.

«Пособия должны быть связаны с проблемами жизнедеятельности, а не с группой по инвалидности. В Великобритании, например, продвинутая и эффективная политика в отношении инвалидов. Там люди получают пособие и конкретную помощь, если человек не может за собой ухаживать, у него нет возможности водить ребенка в школу и т.д.», — рассказал Гонтмахер.

Не только медицинская реабилитация

Индивидуальные программы реабилитации, которые выдаются каждому инвалиду, сейчас носят формальный характер и не приводят к улучшению положения людей, считает Гонтмахер.

«Не надо сводить инвалидность только к медицинским аспектам. Люди с инвалидностью нуждаются в психологической реабилитации, обучении, трудоустройстве», — сказал он.

В системе реабилитации существует проблема координации. Когда человек имеет индивидуальную программу, органы соцзащиты на местах должны взять это под контроль.

В Перми сделали службу социальных участковых, они смотрят за своим участком с точки зрения социального благополучия.

Кроме того, социальная защита на местах могла бы координировать взаимодействие людей, нуждающихся в реабилитации, с органами занятости, образования, медицинскими учреждениями, считает Гонтмахер.

Александр Кряжев / РИА Новости

Работа для людей с инвалидностью

В 2017 году вышло распоряжение правительства создать 1,5 млн рабочих мест для людей с инвалидностью в субъектах РФ. Исполнение этого распоряжения ставится критерием эффективности работы губернаторов.

Заместитель председателя Всероссийского общества инвалидов Олег Рысев предполагает, что работа будет вестись формально, реальную занятость людям не обеспечат. “Мало создать рабочее место, надо еще подготовить человека, а это процесс, связанный с получением профессионального образования или переподготовкой”, — говорит Рысев. 

И важно, чтобы зарплата не была меньше пенсии по инвалидности.

“К нам обращаются супермаркеты и хотят найти фасовщиков за 12 тыс. рублей, — рассказывает Рысев. — Когда я в шутку предлагаю людям такие вакансии, нарываюсь на жесткую фразу: лучше за рубль лежать, чем за два бежать. Низкооплачиваемая работа убивает мотивацию и озлобляет”.

Детская инвалидность

Перинатальные причины имеет 40% детской инвалидности. Поэтому нужно особое внимание уделять работе перинатальных центров и создавать детские центры реабилитации в регионах, которые будут оказывать помощь инвалидам детства, отметил главный научный сотрудник Национального центра общественного здоровья им. Семашко Валерий Альбицкий.

Мария Сибирякова / РИА Новости

“У нас в стране осталось очень мало детских санаториев. Поэтому детские республиканские и областные больницы должны стать региональными центрами здоровья детей, где 60% — лечебная работа, а 40% — профилактика”, — говорит Альбицкий.

Также он отметил, что орфанные заболевания неправильно лечить силами благотворительных фондов. Это должно делать государство за счет ОМС.

От профилактики до паллиативной помощи

Финансовые интересы медицинских организаций выстроены так, что профилактикой инвалидности им заниматься невыгодно, заметил Евгений Гонтмахер.

“Вот представьте, у участкового врача в районе все здоровые люди и к нему никто не ходит. У такого учреждения здравоохранения начнутся проблемы с финансированием, — говорит он.

— Мы упираемся в реформу системы здравоохранения, которая должны быть выстроена поэтапно: начиная от профилактики и заканчивая паллиативной помощью.

А любая реформа в России, по крайней мере социальная, невозможна без параллельных реформ в других сферах, это связано и с финансированием, и со статусом медицинской организации и даже с образованием”.

В указе президента не говорится напрямую о людях с инвалидностью, но там есть указание, что в России должно быть здоровое долголетие, отметил сотрудник Федерального научно-клинического центра реаниматологии и реабилитологии ФНКЦ РР Дмитрий Янкевич.

“Все врачи понимают, что программа здорового долголетия предполагает увеличение возраста жизни и сопровождается «нездоровым долголетием».

А это одна из проблем, которая влияет на рост инвалидизации, — говорит он. — С другой стороны, медицинские технологии таковы, что мы сейчас спасаем людей, которым еще недавно нельзя было помочь.

Зачастую это очень тяжелые пациенты, и их надо реабилитировать”.

На Комиссии по делам инвалидов при Президенте РФ Министерству труда и соцзащиты было поручено разработать концепцию функционирования современной системы реабилитации инвалидов.

Но сделать это можно, только создав единую цифровую национальную базу граждан РФ, считает Янкевич.

В личном кабинете человек с инвалидностью будет узнавать, пришли ли ему, в соответствии с индивидуальной программой реабилитации, памперсы, калоприемники и т.д. А специалисты, которые оказывают эти услуги, — отслеживать процесс.

Павел Львов / РИА Новости

“Мы в ходе своей научной работы нашли людей, которые могли бы построить такую цифровую платформу. Дело только в финансировании”, — сказал Янкевич.

Реформу ОМС тоже нужно строить на базе единой платформы, где есть электронные истории болезни каждого гражданина РФ, считает Гонтмахер.

“Сертифицированные врачи по всей стране будут иметь к ней доступ и видеть информацию о каждом человеке: какие у него диагнозы, как его лечили, и на основании этого решать, что с ним делать дальше.

Это снижает медицинские расходы и повышает эффективность лечения.

И в этой же базе данных должна быть информация о инвалидности: как человек получил статус, какая у него программа реабилитации, как она реализуется”, — сказал он.

Изменения в системе господдержки людей с инвалидностью, которые обсуждались экспертами 28 мая в Комитете гражданских инициатив, зафиксированы в докладе “Люди с ограниченными возможностями в XXI веке: новые возможности и перспективы”.

Подписывайтесь на телеграм-канал АСИ.

Источник: https://www.asi.org.ru/news/2019/05/31/kak-reformirovat-sistemu-gospodderzhki-invalidov/

Правозащитники попросили Медведева реформировать бюро медико-социальных экспертиз

Коррупция в мсэ

МОСКВА, 10 мая. /ТАСС/. Правозащитники считают необходимым реформировать деятельность медико-социальных экспертиз (МСЭ) в России. Они, в частности, предлагают передать полномочия МСЭ врачебным комиссиям в поликлиниках и ввести уголовную ответственность за неправильно установленную группу инвалидности.

Соответствующее письмо направлено премьер-министру РФ Дмитрию Медведеву (копия имеется в распоряжении ТАСС). Его подписали председатель комиссии Общественной палаты (ОП) РФ по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни граждан Владимир Слепак и президент “Лиги защитников пациентов” Александр Саверский.

Ранее Медведев поручил Минтруду и Минздраву проработать вопрос о создании независимой МСЭ до 12 мая.

За неправильную группу инвалидности – под статью УК

По данным правозащитников, число инвалидов в России за последний год сократилось, по разным оценкам, на 200-500 тысяч человек.

В Минтруде РФ уверены, что передача полномочий по проведению МСЭ субъектам РФ может привести к повторному росту численности инвалидов на 30-35%, что в свою очередь приведет к увеличению расходов средств федерального бюджета и государственных внебюджетных фондов.

“Таким образом, Минтруд прямо признает, что он намеренно и осознанно проводит политику сокращения числа инвалидов, а сеть МСЭ является проводником этой политики, что приводит к массовому нарушению прав граждан, недоступности для них льготных лекарств и средств реабилитации, ухудшению здоровья детей и взрослых и как следствие – преждевременной, предотвратимой гибели людей”, – говорится в письме.

Правозащитники также требуют “проведения прокурорских и следственных проверок по поводу наличия составов уголовных преступлений (в частности, по ст. 293 УК РФ – халатность) в действиях ряда экспертов и иных должностных лиц МСЭ, повлекших за собой массовые нарушения прав граждан, и, возможно, последствий в виде тяжкого вреда и летальных исходов”.

“Мы предлагаем рассматривать нарушения прав граждан с ограниченными возможностями здоровья при проведении МСЭ как уголовную ответственность с применением соответствующих статей УК РФ”, – сообщил Слепак во вторник ТАСС. “Думаю, что только такой подход сможет исключить случаи необоснованного снятия инвалидности и неправильного определения группы инвалидности для людей с ограниченными возможностями здоровья”, – отметил он.

“Также считаю необходимым рассматривать через существующие нормы уголовного кодекса факты необоснованного установления инвалидности”, – отметил председатель комиссии ОП.

Пусть экспертами будут врачи в поликлиниках

Кроме того, Слепак и Саверский считают, что ситуация не разрешится с помощью создания независимой МСЭ. “Если бы институт независимых экспертов мог возникнуть, он бы уже возник стихийно, потому что запрос на него огромен.

Однако он не может возникнуть, потому что независимость достигается отсутствием связи эксперта с деятельностью государственной системы МСЭ, но специалист, не связанный с деятельностью МСЭ, не может считаться экспертом.

Это – неустранимое противоречие”, – отмечают правозащитники.

В связи с этим они предлагают передать полномочия МСЭ врачебным комиссиям при поликлиниках. В качестве доводов приводятся следующие – доступность поликлиник для населения, а также возможное сокращение расходов на содержание бюро МСЭ. По данным Минтруда, ежегодно в России на работу МСЭ из госбюджета выделяется около 10 млрд рублей.

История вопроса

История с фальсификациями в сфере МСЭ получила широкий общественный резонанс после публикации в ТАСС в феврале 2016 года статьи о неблагополучной ситуации, которая сложилась в Ульяновске.

Дмитрий Эсливанов, инвалид из Ульяновска, рассказал, что медики МСЭ занизили ему группу инвалидности и отказались ставить нерабочую группу, ограничившись третьей рабочей группой.

Однако, по словам Эсливанова, тяжелое онкологическое заболевание позвоночника и осложнения, связанные с химиотерапией и лучевой терапией, не позволяют ему работать.

В апреле 2016 года в Ульяновске было возбуждено уголовное дело в отношении руководителя главного бюро медико-социальной экспертизы по Ульяновской области министерства труда и социальной защиты РФ Нины Долгополовой, которая подозревается во взяточничестве. Силовики взяли с ее поличным за получением взятки на рабочем месте.

В конце 2015 года Слепак направил письмо вице-премьеру правительства РФ Ольге Голодец, в котором раскритиковал деятельность бюро МСЭ в России, отметив, что деятельность, связанная с проведением МСЭ, стала “областью беспрецедентной коррупции”, о чем свидетельствуют многочисленные уголовные дела, возбужденные против сотрудников. Слепак отметил, что только на одного экс-главу бюро медико-социальной экспертизы в Ставропольском крае было возбуждено более 50 уголовных дел за превышение должностных полномочий.

Голодец призвала попечительский совет при правительстве РФ в социальной сфере проверить и проанализировать деятельность бюро МСЭ. Министр труда и социальной защиты РФ Максим Топилин потребовал исключить факты некорректного и неэтичного обслуживания граждан в бюро МСЭ.

Источник: https://tass.ru/obschestvo/3269100

Пара слов в заключении: Минтруд упростит оформление инвалидности

Коррупция в мсэ

В России собираются значительно упростить процедуру получения инвалидности. В Минтруде намерены автоматизировать передачу информации из медучреждений в бюро медико-социальной экспертизы (МСЭ), которое принимает решение.

Упрощение коснется в том числе и формы №088/у-06 — основного документа для направления в МСЭ. Процесс оформления инвалидности в России считается связанным с бумажной волокитой и длительным ожиданием.

Что изменится с принятием нововведений и с какими сложностями сейчас сталкиваются люди, оформляющие инвалидность, выяснили «Известия».

Облегчение порядков

В России официально зарегистрировано около 12,5 млн людей с инвалидностью.

Каждому из них пришлось сперва собирать заключение из поликлиники от семи-восьми врачей, затем заверить его у вышестоящего лица — например, заведующего отделением или главного врача.

После этого медицинская карта и обходной лист со всеми дополнительными справками передаются в медико-социальную экспертизу. В течение месяца, как правило, человеку назначают дату приема комиссии, где и выносится решение об оформлении инвалидности.

В течение одного-двух лет вся информация, связанная с оформление инвалидности, будет передаваться в электронном виде.

С поручением облегчить процедуру оформления обратился в январе 2018 года президент России Владимир Путин. За месяц до этого глава государства провел совещание с представителями общественных организаций, которые занимаются помощью инвалидам. По поручению президента удаленные территории получат возможность заочного освидетельствования.

Граждане с инвалидностью обязаны через определенное время проходить повторную комиссию. Для третьей и второй групп  — каждый год, а для первой группы — каждые два года. Для тяжелобольных людей прохождение переосвидетельствования стало тяжелым испытанием.

«Обязанностью МСЭ стало предоставление инвалидности бессрочно при первичном обращении при таких заболеваниях, как болезнь Дауна, фенилкетонурия, тяжелая форма ДЦП, тяжелые наследственные и иммунные заболевания, слепоглухота», — пояснил глава министерства Максим Топилин.

В зависимости от тяжести заболевания комиссия МСЭ, подведомственная Министерству труда, устанавливает группу инвалидности. Порядок определения категории, направления на экспертизы, а также обжалования ее итогов представлен в правительственном постановлении.

В документе говорится, что пересмотреть решение, вынесенное районной комиссией, может главное бюро. Для этого в течение месяца гражданин должен успеть подать заявление.

Если жалоба будет одобрена, главный эксперт назначает новый состав экспертов комиссии МСЭ, а затем проводится повторное заседание.

Обжаловать решение главного бюро может лишь вышестоящая инстанция — Федеральное бюро. Заявление в этом случае рассматривается в течение одного месяца. Решения бюро всех уровней также могут быть обжалованы в суде.

Некоторые пациенты сталкиваются с отказами или получают группу инвалидности, которую считают не соответствующей своему диагнозу. На проблемы при прохождении медико-социальной экспертизы указала уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова. Оспорить вынесенное решение проблематично из-за отсутствия независимого института экспертизы.

«Отсутствие независимой медико-социальной экспертизы, о которой мы говорим уже 20 лет, приводит к многочисленным жалобам, недовольству людей тем, что они не могут оспорить ту группу инвалидности, которую устанавливает ему официально медико-социальная экспертиза», — говорится в обращении на сайте Москальковой.

Справки избирательны 

В 2015 году были введены новые стандарты медико-социальной экспертизы. Министерство труда приняло приказ «О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы», которые устанавливает критерии для установления инвалидности.

Согласно документу, выделяется четыре степени нарушений организма: от незначительных до стойких значительно выраженных. Таким образом, у специалистов появился единый перечень, в котором детально прописывались все болезни, при которых назначается конкретная степень инвалидности. Однако впоследствии в документе обнаружили ряд недочетов.

К примеру, пришлось дополнять критерии для сахарного диабета и муковисцидоза.

«У человека, который идет на медико-социальную экспертизу, уже есть все документы на руках. В этом есть положительная роль: можно вовремя заметить недостатки в записях, увидеть, если что-то не было учтено врачом.

Зачастую детали играют очень важную роль для вынесения итогового решения. С другой стороны, переходить на автоматизированную систему уже давно пора.

Потому что человеку приходится лишних раз приезжать в бюро, чтобы просто отдать пакет документов», — объяснил в беседе с «Известиями» представитель РООИ «Перспектива» Линь Нгуен.

По его мнению, если исправлять недочеты, влияющие на определение группы инвалидности, будут сами эксперты, это качественно облегчит людям жизнь. В противном случае ошибки останутся незамеченными и больному придется снова бегать по врачам.

«Врач, допустим, пишет название заболевания, но не указывает его тяжесть или ход течения. При определенных болезнях это очень важный нюанс для правильного определения группы. Чтобы обжаловать решение районной комиссии, нужно знать мотивы, по которым специалисты приняли решение.

Но на практике это обычно либо умалчивают, либо объясняют в очень расплывчатых формулировках. Прояснить причину поможет выписка из протокола о проведении освидетельствования.

В этом документе четко указано, по каким причинам присуждается та или иная степень инвалидности», — рассказал юрист РООИ «Перспектива».

В настоящее время работа с документацией в бюро медико-социальной экспертизы отчасти дублируется. Для федерального реестра инвалидов данные заполняют в электронном виде, а для оформления льгот и пособий нужны бумажные справки и документы. Всё же, по мнению эксперта, с наибольшими трудностями пациенты сталкиваются не в МСЭ, а именно в поликлиниках.

«В небольших городах часто не бывает нужных специалистов или они приходят очень редко. Человеку приходится приспосабливаться к их графику, чтобы в установленные сроки обойти всех врачей.

Те же анализы действуют определенное время. Людям с редкими заболеваниями приходится ехать в районный или областной центр.

А для людей, которые с трудом передвигаются, это крайне тяжело и отнимает много времени», — добавил Линь Нгуен.

О том, как устроена подача документов на рассмотрение бюро МСЭ, «Известиям» подробно рассказал Александр Ковалев, который оформлял инвалидность своему сыну Юрию — руководителю портала DISLIFE. На первой комиссии инвалидность оформили на два года, а после переосвидетельствования вынесли решение о бессрочном статусе. 

«В нашем случае ситуация была такая, что и вариантов других не было. Часто люди приходят оформлять вторую или третью группу инвалидности и сталкиваются с необходимостью собирать заключение. Несколько раз я был на комиссии МСЭ, видел, какие трудности людям приходится преодолевать.

Ехать в бюро далеко, а больной малоподвижный. В зале для приема народу сидит достаточно много, пациентам приходится подолгу ждать своей очереди. В нашей поликлинике всё делалось с большим желанием пойти навстречу и минимизировать возникающие проблемы», — рассказал Александр Ковалев.

Штамповали на потоке

За последние несколько лет региональные бюро медико-социальной экспертизы оказывались в череде громких коррупционных скандалов.

Год назад в Ростовской области завершилось расследование в отношении руководителя первичного бюро МСЭ Бориса Котова, который занимался продажей липовых документов об инвалидности. За семь лет возглавляемое им бюро в Гуково выдало около 15 тыс. фиктивных справок.

Котова признали виновным в получении взятки и служебном подлоге и приговорили к пяти годам в колонии общего режима. С 2013 по 2017 год он получил около 3 млн рублей за изготовление фальшивых документов об инвалидности.

В связи с резонансной ситуацией в Ростовской области даже временно приостанавливали выдачу пособий по инвалидности. Всем, кто недавно оформлял документы в Гуково, пришлось заново проходить экспертизу.

Людям, которые приобрели справки, предложили добровольно признаться, чтобы избежать наказания. Трое жителей поселка всё же оказались на скамье подсудимых в июле 2018 года.

Выяснилось, что на покупку документов об инвалидности они пошли ради субсидий по ЖКХ и пособий.

В сентябре похожую схему разоблачили в Волгоградской области. Медсестра из бюро МСЭ вместе с врачом поликлиники наладили бизнес по продаже документов об инвалидности безо всяких обследований. Свои услуги медработники оценивали в 150–200 тыс. рублей.

Многочисленные нарушения в работе МСЭ были выявлены в Дагестане. Согласно данным Федерального реестра, в республике один из самых высоких в стране показателей по числу людей с инвалидностью — около 9%.

В августе руководитель главного дагестанского бюро МСЭ Магомед Махачев стала фигурантом уголовного дела. Ему вменяют создание преступного сообщества с использованием служебного положения, получение взятки и мошенничество в особо крупном размере.

Один из подельников Махачева — брат бывшего главы республики Рамазана Абдуллатипова — Раджаб, занимавший пост депутата народного собрания республики. Всего в рамках уголовного дела в республике арестовали 13 человек. Трое из них руководили бюро медико-социальной экспертизы.

По версии следствия, общая сумма взяток составила около 52 млн рублей. Только в 2017 году в республике были признаны инвалидами 300 человек, не имевших права для получения льгот.

В связи с возбуждением громкого уголовного дела в Дагестане Министерство труда организовало масштабную проверку, в рамках которой повторные экспертизы пройдут тысячи человек. Проверку планируется завершить к февралю 2019 года.

Проводить переосвидетельствование будут в тех случаях, когда у экспертов появятся обоснованные сомнения в наличии у пациента болезни. Действующий глава республики Владимир Васильев рассказал, что из 300 тыс. инвалидов в Дагестане около 70 тыс.

 не внесены в федеральный реестр.

«Если бы всех врачей удавалось пройти за один или два дня, это существенно облегчило жизнь людям с инвалидностью. Коррупционную составляющую повышают пограничные случаи, когда точно не удается определить тяжесть течения заболевания.

Систему пытались улучшать, в том числе введя новые критерии, это уменьшило количество споров.

Но болезней очень много, некоторые упустили, и люди перестали получать инвалидность, хотя раньше ее получали», — резюмировал юрист РООИ «Перспектива».

Источник: https://iz.ru/819944/anastasiia-chepovskaia/para-slov-v-zakliuchenii-mintrud-uprostit-oformlenie-invalidnosti

Право граждан
Добавить комментарий